Эта история о Ялтинской конференции глазами женщин, которые посетили ее со своими влиятельными родителями. Сара Черчилль была актрисой, а впоследствии стала офицером ВВС Британии. Анна Рузвельт — единственная дочь президента и хранительница отцовских тайн. Кэтлин Гарриман – чемпионкой по лыжам, военной корреспонденткой и дочерью посла США в Советском Союзе. Что их объединяло? Как они оказывали влияние на родительские решения? Какие романы ярко окрашивали их пребывание в Крыму? А еще почему на конференции не было дочери Сталина? Кэтрин Грейс Кац дает подробные ответы на эти вопросы и делится подробностями о застройках политического театра тех решающих для мира дней. Об авторе Кэтрин Грейс Кац — американская историкиня, выпускница Гарварда и Кембриджа. Получает степень доктора права в Гарвардской школе права. Автор двух книг по истории и «Ялтинские дочери» — ее успешный дебют как исследовательницы и писательницы. Цитаты из книги «Ялтинские дочери. Черчилли, Рузвельты и Гарриманы: история о любви и войне»: > Долгое путешествие в Ялту началось в темноте. В 10 часов вечера 22 января Рузвельт и его делегация тайно покинули Вашингтон. Газеты предсказывали, что так называемая «большая тройка» вскоре соберется на еще одну конференцию, но по соображениям безопасности никто в Соединенных Штатах, Великобритании или Советском Союзе не сообщал, где и когда состоится встреча. Президент имел тайное железнодорожное депо в подвале Бюро гравировки и печати — невинной по виду здания из бетона и известняка на 14-й улице в юго-западной части Вашингтона, к югу от Национальной аллеи. Гарриман был шокирован, узнав, что Красная армия просто наблюдала с берегов Вислы за тем, как нацисты уничтожают польское сопротивление. Он не мог понять, почему Советский Союз дает нацистам возможность вновь захватить Варшаву, поэтому добивался у советского правительства разрешения приземлиться на советские аэродромы американским и британским самолетам, чтобы обеспечить поставки польского сопротивления. Сталин > отказал. Никакие доводы на него не влияли. Тогда Гарриман начал осознавать, что Запад ужасно ошибся. Западные лидеры совсем не понимали человека, которого в шутку называли «дядюшкой Джо». > На аэродроме в Саках Молотов соврал Черчиллю и Рузвельту, когда сказал, что Сталина до сих пор нет в Крыму. Советский генсек уже приехал из Москвы бронепоездом и комфортно расположился на вилле в Кореизе. Под бдительным глазом Лаврентия Берии рабочие построили бомбоубежище с бетонным потолком толщиной в два метра, способным выдержать прямое попадание пятисот килограммов взрывчатки. Из виллы в Кореизе Сталин следил за прибытием союзников, получая от Молотова телефонные сообщения. Он отправил в Сак нескольких врачей инкогнито (их задача состояла в том, чтобы наблюдать за Рузвельтом и докладывать, правдивы ли слухи об ухудшении здоровья президента). Они подтвердили это. > Как бы ни протестовала советская сторона, британцы и американцы уже получили множество доказательств того, что их союзник лгал, — еще до того, как Аверелл отправил дочь свидетельствовать о последствиях преступления, совершенного в Катынском лесу. > Но выводы Кэти упростили союзникам веру во ложь, в которую они хотели поверить. > Западные союзники нуждались в 63, чтобы Советский Союз и далее нес основную тяжесть немецкой агрессии на Восточном фронте, пока британская и американская армии готовят наступление против нацистов на Западном фронте. Запад столкнулся с моральной дилеммой незаурядного масштаба. Избегать ли разрыва со Сталиным любой ценой, учитывая острую потребность в его военном вкладе в борьбу против нацистов? Соблюдать ли моральные принципы западной демократии и поставить это сотрудничество под угрозу? > Как и многие женщины, каждая из трех дочерей обнаружила, что война дала ей возможность на короткое время реализовать таланты, которые могли бы остаться нереализованными, и поработать на должностях, которые в противном случае были бы для них недоступны. Сара работала в Женском вспомогательном корпусе Королевских ВВС Британии, Кэтлин — журналисткой, Анна — помощницей в Белом доме. Война дала им возможность путешествовать по странам, которые отличались от их по обычаям и традициям. Они сидели за одним столом с мировыми лидерами той поры, когда женщин-дипломатов было мало.